среда сергей соловьев

Нежный возраст
год 2000
страна Россия
русский / БЕЗ ТИТРОВ
режиссер Сергей Соловьев
сценарий Дмитрий Соловьев, Сергей Соловьев
продюсер Никита Михалков, Леонид Верещагин
оператор Павел Лебешев
композитор Борис Гребенщиков, Энри Лолашвили
время 116 мин.
В главных ролях: Дмитрий Соловьев, Елена Камаева, Иван Берзин, Валентин Гафт, Сергей Гармаш, Борис Гребенщиков, Ирина Григорьева, Кирилл Лавров, Андрей Панин, Людмила Савельева

Выбор фильма Али Махмудов
Из книги «3500 кинорецензий»: После шестилетнего перерыва один из оригинальных российских режиссёров 70—80-х годов выступил под занавес 2000-го с лентой «Нежный возраст», созданной в сотрудничестве с сыном Дмитрием Соловьёвым в качестве соавтора сценария и исполнителя главной роли. С одной стороны, постановщик словно возвратился к собственной «маразматической трилогии» конца 80-х — начала 90-х годов («Асса», «Чёрная роза — эмблема печали, красная роза — эмблема любви» и «Дом под звёздным небом»), которая знаменовала криминально-эксцентрический, по своей сути, период распада советской империи. С другой же стороны, реализуя замысел своего сына Мити, названного так в честь героя-подростка Мити Лопухина из картины «Сто дней после детства» (1975), Соловьёв фактически воплотил на экране современную эпоху тех, кому исполнилось 25 лет в 2000 году. (…)

В «Нежном возрасте», к чести Сергея Соловьёва, возникает намного явственнее и острее, чем в параллельно снятой «Москве» более молодого Александра Зельдовича, тема виновности и ответственности поколения родителей, примерно пятидесятилетних, практически самоустранившихся от воспитания собственных детей, которые пошли в школу ещё при Брежневе, а закончили её уже после ликвидации СССР. И «потерянными», будто выпавшими из времени, растворившимися в небытии следовало бы считать отнюдь не двадцатипятилетних, кто худо-бедно, но быстрее может приспособиться к нынешней «идиотской эпохе», а вот тех самых «семидесятников», которые сполна хлебнули скепсиса, равнодушия и цинизма в период застоя.

В «Нежном возрасте» отец и мать главного героя, Ивана Громова, представителя «московской золотой молодёжи» начала 90-х годов, появляются только раз — словно заезжие иностранцы, привезя с собой из Парижа давно выросшую Лену. Она была чуть ли не «детсадовской любовью» мальчика Вани, соблазняла его стыдливо-доверчивой наготой маленькой балерины — теперь же прельщает выставляемым напоказ телом западной фотомодели, но замуж собирается за французского бизнесмена с давними российскими корнями. А расстроенный Иван, согласно романтической традиции отечественной литературы, отправляется искать смерть на Кавказе, ещё в первую чеченскую войну 1994—96 годов. (…)
Нельзя не отметить, что Сергею Соловьёву удалось затронуть тот больной нерв времени, который не даёт покоя, саднит, словно незаживающая рана. Дело тут не столько в теме Чечни, данной лишь пунктирно, знаково. Режиссёру важнее дальнейшее развитие мотива «жестокого детства» в предшествующей условной трилогии «Сто дней после детства» — «Спасатель» — «Наследница по прямой» пионерско-юношеская жизнь не была уж особо благостной, лишённой собственного драматизма, который всё-таки присущ «нежному возрасту» в любые времена. Ведь всегда случаются несчастные любовные истории, существует опасность совершить непоправимые поступки, имеется искус, начиная с какой-нибудь мелочи, изменить самому себе, предать свою душу, погубить ещё дремлющий талант или просто человеческий дар быть другом и «спасателем». И особенно ценно в «Нежном возрасте» то, как способно меняться лицо Дмитрия Соловьёва, которого отец вовсе не собирался снимать в главной роли, но уступил под напором Никиты Михалкова в качестве генерального продюсера. Соловьёв-младший кажется сущим ребёнком, играя десятилетнего Ваню, которого должны принять в пионеры, и выглядит как уставший и разуверившийся тридцатилетний интеллигент во второй парижской сцене, когда он сообщает Лене, что теперь знает значение тютчевской стихотворной сстрочки «элизиум теней» — то есть «обитель блаженных». Иван Громов в этот момен